Возрождаем мечту: путешествие к вершинам современного романтизма

Dark Romantic Club как явление молодой русской литературы начал свою историю в 2011 году, когда Павел Курмилёв (он же Хьёрвинд) и Игорь Сорокин (он же Ланселот) основали литературный салон по старинным традициям времён Пушкина и Байрона. Где? Разумеется, в самом романтичном городе России — Санкт-Петербурге! 

Ланселот и Хьёрвинд

Поначалу это были встречи в формате квартирников, но постепенно питерское отделение выросло до посиделок в кафе, собирающих по 25-40 человек. В 2014 году открылось московское отделение, а затем появились и другие “веточки” клуба — в Казани, Праге, Нижнем Новгороде, Рязани. Сейчас клуб насчитывает уже около 120 участников из разных городов России, ближнего и дальнего зарубежья, включая Швецию, Израиль, Чехию и Черногорию. Внутри страны география тоже очень широкая — от Сочи до Магадана. 

Фотосессия клуба DRC

В юбилейном для клуба году мы побеседовали с главой нижегородского отделения DRC, поэтессой Анастасией Ростовой, которая в этом году получила Знак отличия “Невечерний свет” как интересный автор и организатор литературных событий.

.

В современном литературном объединении бывает сложно удержать и 10-15 человек — все личности, индивидуальности… Как DRC удалось собрать команду из 120 авторов и внушительный круг друзей клуба?

Во-первых, мы не просто клуб, где читают. Мы ещё и клуб, где критикуют, правят тексты и повышают уровень творчества, причём в конструктивном ключе. Нам интересно помочь новичку, а не посмеяться над ним. Романтическое сообщество весьма адекватно — люди состоят в нём годами, делают совместные проекты, пишут друг на друга рецензии. Поддерживают друг друга. Пушкинское “прекрасен наш союз” к ДРК вполне применимо. Конфликты бывают, но крайне редки — у нас есть этикет встреч, за порядком на них следят главы отделений, умеющие поставить хулигана на место.

Друзья клуба — наши старшие товарищи, которым уже не по чину и не по размеру ни одно объединение. Мы с удовольствием учимся у них, сотрудничаем с ними. Например, лидер группы “Оргия праведников” Сергей Калугин недавно давал интервью каналу “Прокачай рифмы” нашего основателя Ланселота. Ещё Сергей написал магистрал для одного из наших клубных венков сонетов. Недавно, благодаря нижегородскому концерту, мы наладили дружеские отношения с членом жюри Грушинского фестиваля Натальей Кучер и известнейшим нижегородским автором, лауреатом международной премии имени Э.Хемингуэя — Еленой Крюковой.

Обложка Венка Космоса

Получается, людей в клуб привлекает возможность получить конструктивную критику и поучаствовать в общих проектах?

Да, мы пишем и публикуем коллективные венки сонетов, альманахи, проводим встречи, концерты. Например, мы все вместе написали Венок Космоса по моему магистралу, и его репостнул настоящий космонавт Олег Артемьев, такая вот интересная смычка литературы и живой жизни. Быть причастным к чему-то настоящему и нужному очень приятно.

Другой классный пример — городские венки. Нижегородский венок сонетов встретил хороший отклик — в нём поучаствовали замечательные музыканты — Никита Дорофеев, Павел Пиковский, о нём писали в СМИ, его опубликовали в уважаемом “толстом” литературно-художественном журнале “Нижний Новгород”, он вошёл в шорт-лист международного конкурса сонетистов “Хвала сонету!”. Вдохновившись нашим примером, московское отделение создало целых два венка — “Москва Коварная” и “Москва Биполярная” (его пока дописывают). Сейчас в процессе написания и Болдинский венок, условие которого — нетривиальный взгляд на произведения и биографию Пушкина. Авторы начали писать сонеты, вернулись к прекрасной классике — и это хорошо! Даже когда мы говорим об эспериментальной поэзии — она лучше всего удаётся тем, кто знает, от чего отталкивается, от какой традиции.

Но, конечно, не сонетами едиными. В клубе есть литературно-музыкальные проекты — например, “Врата Самайна” Agni Shivani и Юльхен Глазовой, есть некоторое количество иллюстраторов, музыкантов-исполнителей… Это объединение многих творцов сразу. Вот уже два раза проходил конкурс романтической поэзии “Витражная строфа”, кстати, в этом году его выиграли две нижегородки — Любовь Виолентова и Елизавета Долкова. В жюри были как активисты клуба, так и друзья DRC, и участники других литературных объединений. Невероятно крутым был опыт коллективного баттла DRC против поэтической команды “Котики” (наш клуб победил, но это не помешало нам с “Котиками” остаться друзьями). Вообще к другим объединениям у клуба отношение очень либеральное — кроме DRC ты можешь числиться хоть в десятке других сообществ, лишь бы во время клубной деятельности соблюдались минимальные правила.

 

Кстати, о правилах… Просто ли попасть в число участников DRC? И не отпугивает ли новичков такое название?

Прийти на встречу может любой желающий. Для участия в клубе нужно будет пройти пару “собеседований”, принять очень простую Конституцию клуба (никакой тайны, она есть на сайте dark-club.ru), прочитать Манифест романтиков. В целом мы за рост клуба и поддерживаем межгородские проекты — если кто-то из другого города приезжает на собрание или концерт местного отделения, мы стараемся подгадать даты. Это же здорово — приехать в другой город и знать, что тебя там ждут. Новичков это впечатляет.

Название было придумано давно. Чтобы дать людям понять, что мы не только про “тёмный романтизм”, мы придумали “Клуб возрождения мечты” — Dream Revival Club. В нашем творческом сообществе есть и очень оптимистичные люди, исторически много ролевиков и приличное количество айтишников. У нас немало людей, которые нашли себя в жизни, и теперь им интересно делиться опытом через литературу, искусство, фестивали — да, в клубе, например, состоит Елена Рид, поэт и организатор прекрасного питерского фестиваля искусств “Улица Блока”. Ещё одна участница клуба, Мария Леонтьева, делает международный литературный конкурс “Собака Керуака”. Тоже в Питере.

 

Какие литературные направления поддерживаются и поощряются клубом? 

Мы много раз обсуждали, чем современный романтизм отличается от реализма, и пришли к выводу, что романтик желает преобразовать, украсить, облагородить ту действительность, в которой он живёт. Мы не отчаиваемся, не ограничиваемся фиксацией действительности — мы работаем, вносим конструктив, проводим встречи, концерты, создаём красоту в разных её формах. И принципиально держимся в стороне от политики, это одно из самых важных условий участия в мероприятиях DRC.

Кроме огромного многообразия поэтов и сказочников, у нас есть авторы фэнтези, есть фантасты. Например, сама я пишу космооперы, по атмосфере чем-то напоминающие старый добрый “Пятый элемент”. Есть у нас историки-исследователи, например, Дмитрий Овсянников с книгами, в основе которых лежат эпические сказания разных народов. Средний уровень авторов по клубу достаточно высокий, в то же время в “традиционной” литературе многие из них чувствовали бы себя “не форматом”. 

То есть все, кому тесно в рамках реалистического искусства, все люди с фантазией рано или поздно приходят к нам, и это здорово! Романтизм вышел из тени, реализм становится из строго документального магическим — таково наше время: людям хочется верить в чудеса, идти за рамки обыденности. Однако, мы всегда рады приветствовать и тех, кто видит красоту в ней самой — например, в нашем нижегородском отделении есть чудесный поэт Надежда Князева, которую и реалисты, и романтики с удовольствием признают своей — ну, потому что семь городов зовутся родиной Гомера!

.
Про вас рассказывают, что вы — пафосное литературное объединение, к вам пускают только в цилиндрах и в вуалях?

Это преувеличение, дресс-код на наших мероприятиях желателен, но не обязателен. Конечно, есть общие и индивидуальные фотосессии, куда мы стараемся приходить красивыми. Если кто-то бежит на встречу с работы, его не осудят за свитер или футболку. Но вообще обычно мы приглашаем нарядных гостей — потому что искусство приятнее воспринимать в торжественной обстановке. Бытие определяет сознание. Людям нравится, что есть повод нарядиться. Девушки приходят в шляпках с вуалями, перчатках, ярких платьях. Мужчины часто надевают галстуки-бабочки, которые вроде бы нигде больше не уместны, а к нам — в самый раз. Нижегородский прозаик Андрей Кузечкин опять грозится прийти в плаще тёмного лорда — что же, мы только рады! Обычно я шучу, что у нас вполне могут соседствовать космический скафандр и эльфийские уши — такие они разные, наши романтики, товарищи в искусстве дивном.

Но, тем не менее, у нас тоже есть опознавательный знак — лента романтика, серебряная с тёмной каймой. Она символизирует свет искусства во тьме обыденности. Удобно начать разговор даже с незнакомым человеком — увидел ленточку и сразу понял: беседовать есть о чём! Поэт Сергей Аксёнов, например, благодаря ей встретил Надю Князеву на совещании в Химках. Теперь ждём его и Анну Закревскую у нас в Нижнем с концертом, а потом и сами поедем в Москву выступать. Культурный обмен…

“Возьмёмся за руки, друзья, чтоб не пропасть поодиночке”, как сказал Булат Окуджава, и мы в DRC действительно это сделали. Клуб даёт колоссальную поддержку тем самым ярким личностям, которые чувствуют себя странно в своих маленьких городках. Когда-то я сама была такой “неформатной” девочкой. Здорово, что теперь Интернет позволяет нам подключаться к чему-то большому и интересному откуда угодно.

 

А каково ваше отношение к официальной литературе, другим творческим союзам?

Стараемся активно сотрудничать со всеми, искать общие интересы. Будем рады предлагать что-то в “Невечерний свет”, на портал hohlev.ru, участвовать в совместных мероприятиях. Многие наши авторы имеют серьёзные награды и публикации, солидный опыт выступлений — вот только что в Питере сделала соло-концерт Саша Нефертити. У нас очень открытое сообщество, мы уважаем всех, кто творит настоящее искусство, независимо от жанра. Если вы талантливы, мы подружимся!

.

Беседовал Владимир Хохлев 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *